Трудовая биография Ноана Ионовича Зелёного связана с многолетней работой на Северском трубном заводе. При его непосредственном участии осваивались трубоэлектросварочное и трубопрокатное производства. Под его руководством, на тот момент уже кандидата технических наук, создавалась трубопрокатная лаборатория Центральной заводской лаборатории. Ветеран завода в свои 94 года рассказал, как северские металлурги постигали науку изготовления нефтепроводных и обсадных бесшовных труб.
Венгерские пилигримовые станы
– Строительство трубопрокатного цеха № 1 было начато в 1968 году. В его основе был трубопрокатный агрегат 5–12ʺ с двумя пилигримовыми станами, работавшими по считавшейся в то время прогрессивной схеме Кальмиуса: гильзы-заготовки для пилигримового стана получали путём «прошивки» слитков в гидравлическом прессе в «стаканы» с последующей их раскаткой в прошивном стане – элонгаторе. Изготовление этого трубопрокатного агрегата и его установка на Северском трубном заводе имеют свою историю,– начал свой рассказ Ноан Ионович.– В середине 50-х годов Китайская Народная Республика заказала на Чепельском машиностроительном заводе в Венгерской Народной Республике три трубопрокатных агрегата с пилигримовыми станами. Они были готовы в начале 60-х годов. Но КНР отказалась выкупать оборудование и они были перераспределены по предприятиям СССР. Два из них сразу установили на Таганрогском металлургическом и Нижнеднепровском трубопрокатном заводах, а место для размещения третьего агрегата – Северский трубный завод – нашлось почти пять лет спустя. Решающими аргументами в пользу предприятия в Полевском послужили ликвидация листопрокатного производства, при которой высвобождаются рабочие кадры; наличие мартеновского цеха, продукция которого – стальные слитки, при закрытии листопрокатных цехов остаётся невостребованной, но является основной заготовкой для пильгерстанов.
Строительство поставили на паузу
В 1969 году строительство цеха было прекращено и возобновилось только в 1972 году. В пусковую группу включили многих из тех, кто строил трубоэлектросварочный цех № 2. Ноан Ионович Зелёный, работавший в Уральском научно-исследовательском трубном институте (УралНИТИ), получил предложение от Игоря Михайловича Усачёва (в то время директора СТЗ) вернуться на завод для организации трубопрокатной лаборатории ЦЗЛ. В пусковой группе он оказался «автономным звеном».
В течение трёх лет до пуска цеха в эксплуатацию вместе со всеми он изучал процесс пилигримовой прокатки труб, в том числе переводил с венгерского языка на русский технологическую документацию.
Обучал будущих трубопрокатчиков
В Северском в то время работал учебно-консультативный пункт Нижнетагильского горно-металлургического техникума. В его группах учились будущие вальцовщики и операторы трубопрокатных и отделочных комплексов – работников закрывающихся листопрокатных цехов. Заведовала УКП Вероника Андреевна Танцырева, которая и призвала в преподаватели заводских инженеров. Ноан Ионович Зелёный читал спецкурс «Обработка металлов давлением», его супруга Любовь Михайловна Парицкая «Металловедение и термообработку», Михаил Шаулович Гриншпун – «Математику», Фрося Александровна Тё – «Станки и металлообработку».
Параллельно для ТПЦ‑1 Н. И. Зелёный разрабатывал таблицы прокатки труб заданного сортамента и слитков разных размеров. Выполнил расчёты усилий при прошивке и прокатке труб для проверки прочности деталей оборудования, инструмента.
Научно-технический центр для будущего цеха
Им стала комплексная трубопрокатная лаборатория, начальником которой назначили повторно 7 января 1975 года Н. И. Зелёного. В ней были созданы четыре группы: трубопрокатная, отделки гладких труб (вскоре объединились в одну), резания и металловедения с лабораторией механических испытаний. В коллектив пришли специалисты из других лабораторий ЦЗЛ, цехов, отдела главного механика. Всего в разное время здесь работало более 20 человек, в том числе Вероника Сергеевна Ананьина, Тамара Степановна Лукина, Борис Васильевич Мальцев, Владимир Марьянович Грабовский, Галина Ивановна Гладких, Галина Васильевна Коротунова, Фрося Александровна Тё, Надежда Мальцева, Раиса Николаевна Меньщикова, Галина Петровна Акулина, Анна Даниловна Козлова, Ольга Петровна Березина, Нина Александровна Ялунина и другие.
В 1977–1978 годах каждая из групп комплексной лаборатории получила статус отдельных лабораторий. В трубопрокатной в разные годы работали Анатолий Прокопьевич Седов, Владимир Александрович Иношевский, Виктор Степанович Толмачёв, Игорь Юрьевич Смирнов, Нинель Германовна Гобова, Светлана Аркадьевна Хлыстенкова, Алла Ивановна Сопочкина, Роман Олегович Бушин.
Специалисты лабораторий издали рабочую инструкцию для обучения работников горячего передела с описанием всего оборудования, техническими характеристиками, схемами и рисунками. Также были подготовлены технологические инструкции для участков нагревательных печей, горячей прокатки труб и их первичной отделки. Все эти материалы утверждались главным инженером завода. После пуска ТПЦ‑1 в эксплуатацию сотрудники активно участвовали в научно-исследовательских работах, связанных с освоением процессов производства бесшовных труб, обеспечивали постоянный анализ качества готовых труб и расхода металла на их производство. При этом определяли причины образования дефектов на трубах и возможности их предотвращения.
Награды на ВДНХ в Москве
Совместно с цеховым персоналом и сотрудниками лабораторий горячей прокатки труб УралНИТИ сотрудники трубопрокатной лабораторий завода выполнили серию научно-исследовательских работ по улучшению качества труб и повышению производительности трубопрокатного агрегата. В результате этих работ, были опубликованы 25 статей в журналах и получено 20 авторских свидетельств на изобретения. Четыре заводские технологические разработки, в том числе выполненные с участием Н. И. Зелёного, были представлены на выставке достижений народного хозяйства в Москве, за две из них Ноана Ионовича наградили бронзовыми медалями.
В 80-х годах СТЗ совместно с УралНИТИ подготовил обращение к правительству страны о присуждении группе сотрудников Государственной премии Совета Министров СССР по результатам внедрения в производство научнотехнических разработок. В список на премию из 12 человек от ЦЗЛ включили Зелёного и начальника лаборатории резания Леонида Васильевича Макурина. Были подготовлены необходимые документы, но наступили 1990-е годы, и оказалось, что отправлять эти материалы некому. Так бесславно закончилась эта благая затея.
Непрерывный стан взамен пилигримовых
– Строительство трубопрокатного цеха № 1 было вынужденным для страны и своего рода спасением для Северского трубного завода, позволившего сохранить его трудовой коллектив и инфраструктуру. При этом все понимали, что трубопрокатные агрегаты с пилигримовыми станами – «вчерашний день». Технология пилигримовой прокатки труб из слитков была разработана более 100 лет назад. В 60-х годах на современных зарубежных заводах уже строили цеха с непрерывными трубопрокатными станами, производящие бесшовные трубы высокого качества. Понимали, что северским трубам конкурировать с этим новым производством будет сложно не только на мировом, но и на отечественном рынке,– отмечает Ноан Ионович.– Поэтому уже в начале 80-х годов на заводе совместно с УралНИТИ начались проектные разработки возможной замены пилигримовых станов непрерывным. Но в наступившие «лихие» 90-е годы о такой реконструкции в цехе не могло быть и речи. Она успешно была осуществлена лишь в 2014 году после того, как завод в 2001 году вошёл в состав Трубной Металлургической Компании. С её помощью на заводе была проведена коренная реконструкция, при которой мартеновские печи заменили дуговой сталеплавильной печью, обеспечив дополнительную очистку стали от вредных примесей и газов в электропечи-ковше и вакууматоре. Сифонную разливку стали в слитки заменили машиной непрерывного литья заготовки, о которой мы мечтали в конце 50-х годов.
– В ТПЦ‑1 реконструировали кольцевые печи, гидравлический пресс и элонгатор заменили прошивным станом, а пилигримовые станы– непрерывным, построили термоотдел № 3. И всё это за 18 лет и уже без моего участия, – продолжает ветеран завода. – Из лаборатории я ушёл в возрасте 72 лет в 2003 году, за шесть лет до этого передав руководство лаборатории своему заместителю Виктору Степановичу Толмачёву. И одной из главных причин этого решения была моя устойчивая необучаемость компьютерным технологиям, в которых мои коллеги «плавали как рыбы в воде», что соответствовало современным условиям работы.
Подготовила Мария Мальцева, Рабочая правда